Авторский материал · Краеведение

Серебряный завод и огненная машина

Как Барнаул полтора века плавил серебро для российской казны — и где Иван Ползунов построил первый в мире двухцилиндровый паровой двигатель

На улице Ползунова, 37 за оградой стоят краснокирпичные корпуса классицизма — с провалившимися кровлями, в строительных сетях. Сегодня это долгострой реставрации. А полтора века это было сердце города: здесь плавили серебро для императорского Кабинета, и здесь же в 1766 году впервые задышала «огненная машина», о первенстве которой инженеры спорят до сих пор.

Города ещё не было — была плотина.

Плотина на Барнаулке

Осенью 1739 года уральский заводчик Акинфий Демидов перегородил речку Барнаулку в километре от устья, чтобы вода крутила заводские механизмы. Завод пустили 5 июля 1744 года, и поначалу он был медеплавильным.

Но в алтайской руде обнаружилось серебро — и это решило судьбу и завода, и всего края. За 1744–1747 годы производство перестроили под драгоценный металл, а 1 мая 1747 года указом императрицы Елизаветы Петровны демидовские заводы забрали в Кабинет Его Императорского Величества — личную казну монарха. Барнаул стал административным центром Колывано-Воскресенского (позже Алтайского) горного округа. Город рос вокруг завода, а не наоборот.

Портрет работы Г. К. Гроота, XVIII в. · Wikimedia Commons

Основатель завода

Акинфий Никитич Демидов

1678 — 1745

Наследник уральской горнозаводской династии Демидовых. Развернул металлургическую империю с Урала на Алтай, где на его землях и нашли серебро. В 1739-м заложил плотину будущего Барнаульского завода. После его смерти алтайские заводы отошли в императорский Кабинет.

Серебро для казны

К середине XVIII века Алтай кормил серебром всю империю. Правда, знаменитую цифру стоит уточнить: «более 90 % российского серебра» давал весь горный округ — восемь заводов, — а не один Барнаульский. Но Барнаульский был среди них крупнейшим и центральным плавильным заводом, и именно он дал городу прозвище «горная столица». А чтобы представить масштаб в привычных мерах: пуд — это около 16 килограммов, так что 460 пудов серебра в год — почти семь с половиной тонн.

Дальше — долгий закат: 349 пудов в 1830-е, 257 в 1860-е, и всего 63 к началу 1890-х. Руда истощалась, а после отмены крепостного права дешёвый труд приписных мастеровых сменился дорогим вольнонаёмным. 1 мая 1893 года завод закрыли.

Гиттеншрейбер с большой идеей

Человека, обессмертившего это место, звали Иван Иванович Ползунов. Точный год его рождения историки не установили до сих пор — то ли 1728-й, то ли 1729-й. Он не был ни дворянином, ни коренным барнаульцем: родился в Екатеринбурге в семье солдата, а на Алтай приехал в 1748 году. Должность его называлась мудрёно — гиттеншрейбер, смотритель и учётчик при плавильных печах, по сути — заводской механик.

Завод дышал водой: мехи, что подавали воздух в печи, крутили водяные колёса, а значит, всё зависело от речки и плотины. Ползунов задумал освободить производство от этой привязки. В апреле 1763 года он подал проект пароатмосферного двигателя, а через год — второй, куда мощнее. Он знал о машине англичанина Ньюкомена, работавшей в шахтах, — и решил пойти дальше.

Изображение условное — прижизненных портретов не сохранилось · Wikimedia Commons

Изобретатель

Иван Иванович Ползунов

1728/1729 — 1766

Русский изобретатель-теплотехник. Родился в Екатеринбурге в семье солдата, на Алтае — с 1748 года, гиттеншрейбер Барнаульского завода. В 1763-м предложил проект пароатмосферного двигателя и построил первый в мире двухцилиндровый. Умер от чахотки за неделю до первых испытаний своей машины.

Огненная машина

Машину строили с 1764 по конец 1765 года; в марте 1766-го установили воздуходувные мехи. Работа у машины была одна — подавать воздух в плавильные печи. Раньше это дутьё давали мехи, которые крутила вода; теперь его гнала сама машина, сразу на три печи и без единого водяного колеса.

А теперь — о том, что вокруг этой машины чаще всего преувеличивают. Машина Ползунова не была первой паровой машиной в мире — пароатмосферную машину Ньюкомена в Англии пустили ещё в 1712-м, за полвека до этого. И не была «универсальной» — таким двигатель сделает лишь Джеймс Уатт, чей патент выйдет в 1769 году. Но Ползунов сделал то, чего не делал никто: поставил два цилиндра, работавших поочерёдно на один общий вал, и автоматизировал впуск пара и воды.

Машина давала непрерывный, ровный ход и работала сама, без вспомогательного водяного привода. Это была первая в России паросиловая установка, применённая на производстве, — по проекту около тридцати двух лошадиных сил. Самому изобретателю триумфа увидеть не довелось: Иван Ползунов умер от чахотки 27 мая 1766 года, за неделю до первых испытаний. Машину достраивали и запускали его ученики, Иван Черницын и Дмитрий Левзин. 7 августа 1766 года её пустили в дело, и почти три месяца она исправно дула на печи — пока 10 ноября не прогорел котёл. Чинить не стали, но за эти месяцы, по оценкам, машина успела окупиться.

Память оказалась упрямее металла.

Забвение и память

Дальше — обидное. Уникальный двигатель простоял без дела и был разобран где-то на рубеже 1779–1782 годов (источники расходятся); медные цилиндры годами лежали у заводского пруда. Изобретение опередило нужду в нём.

Но память оказалась упрямее металла. В 1825 году по заказу Петра Козьмича Фролова — начальника Колывано-Воскресенских заводов, основавшего в Барнауле горный музей, — изготовили действующую модель ползуновской машины. Она пережила оригинал на два столетия: сегодня это единственная в мире модель, памятник науки и техники федерального значения.

Пережил свою эпоху и сам завод. После 1893 года здесь работала лесопилка, а в войну, в 1942-м, сюда эвакуировали спичечную фабрику из белорусской Речицы — от неё у места и второе, народное имя: «Спичка».

Что с заводом сейчас

Сегодня «серебряный» квартал на улице Ползунова, 37 стоит за высоким забором и зарос: часть корпусов уцелела, но фактически это руины. В июле 2020 года сгорела деревянная кровля Второй плавильной фабрики (постройки 1837-го), и ещё несколько лет здание стояло открытым дождю и снегу. С 2017 года у комплекса частный собственник, а в 2025-м на площадке наконец началось движение — противоаварийные работы, консервация, раскопки старых фундаментов.

Планы: исторический квартал к 300-летию

Что делать с заводом, спорят больше десяти лет. Ещё в 2013–2015 годах его вписали в туристический кластер «Барнаул — горнозаводской город», и с тех пор концепция менялась не раз — от музейно-туристического комплекса с гостиницей и канатной дорогой до урезанного проекта, где из двух с лишним десятков объектов оставили восемь.

Актуальная версия (2024–2025) — «исторический квартал»: над ней работали КБ «Стрелка» и архитектурное бюро Ludi Architects, проект отметили премией «Архитектон». Идея — сохранить исторические корпуса (кирпич очистить, часть фундаментов раскопать), а между ними пустить крытую городскую улицу с магазинами, кафе и жильём. Открытие приурочивают к 300-летию Барнаула в 2030 году.

Впрочем, пока всё это — планы. На деле на территории сделаны лишь противоаварийные работы, а сама концепция за последние годы менялась не раз. Единственный твёрдый ориентир — 300-летие города, но и он остаётся целью, а не гарантией.

Хроника

Барнаул 1730 · авторский материал. Изображения приведены с указанием источника; лицензии фотографий уточняются перед публикацией.