Барнаульский авиаспортклуб ДОСААФ: от советской славы к борьбе за выживание
Николай Радостев, 78 лет, почти полвека возглавляет авиаспортклуб ДОСААФ в Барнауле. Он помнит времена, когда организация гремела на весь Советский Союз — здесь базировалось более 40 самолетов, в штате состояло 85 человек, а в день выполнялось до 200 прыжков с парашютом. Сегодня на ходу остался всего один самолет Ан-2, в штате 20 человек, а годовой объем прыжков не превышает тысячи. Клуб занимает несколько комнат на четвертом этаже здания, где раньше оккупировал все коридоры трех этажей.
Легенды парашютного спорта и авиации
Барнаульский клуб воспитал целую плеяду чемпионов мира и Европы. Лидия Еремина стала абсолютной чемпионкой мира и заслуженным мастером спорта, подготовив около 50 мастеров спорта. Светлана Кабацкая была трехкратной абсолютной чемпионкой СССР, чемпионкой Европы и мира. Парашютистки Лидия Еремина и Елена Житнева трижды становились мировыми рекордсменками на точность приземления. Супруга Радостева, Лариса Радостева, — абсолютная чемпионка СССР, победительница Первых Всемирных Икарийских игр по пилотажу на планерах, чемпионка Европы и мира, позже ставшая первой и единственной в Алтайском крае женщиной-командиром большого воздушного судна. Среди питомцев клуба были мастера спорта международного класса Валерий Корчагин и Михаил Переверзев, чемпионы страны, Европы и мира. Сам Радостев подготовил 20 мастеров спорта по самолетному спорту, пять из них международного класса и один заслуженный мастер спорта. За его плечами около 500 прыжков с парашютом, более 10 тысяч часов в небе, летная работа на 12 типах самолетов и выпуск в первый самостоятельный полет почти 500 человек.
Система подготовки от основ к вершинам
Радостев убежден, что настоящее летное обучение должно начинаться с авиамоделизма в детстве, затем переходить на легкие планеры, парящие полеты, простой пилотаж и учебные самолеты. По его словам, аэроклуб играл роль первой, базовой ступени, на которой формировались все остальные этажи мастерства. Клуб готовил по 400 парашютистов в год для армии, а его воспитанники поступали в Барнаульское летное училище без экзаменов благодаря полученному налету.
Откуда берутся летчики: роль резерва авиации
Радостев видел систему ДОСААФ как вторую армию, резерв авиации. Он помнит 60-е годы, когда Хрущев решил сократить армию и начал уничтожать авиацию. Но когда стали нужны летчики-инструкторы, на помощь пришел ДОСААФ. Во время Афганской войны, когда не хватало вертолетчиков, ДОСААФ направил своих воспитанников — они не подвели. «Не стало авиационных центров ДОСААФ — не стало резерва авиации. Это вторая армия была», — говорит Радостев.
Падение после 90-х и борьба за выживание
В 90-е годы государственное финансирование, которое шло отдельной строкой из Министерства финансов СССР, прекратилось в одночасье. Техника ветшала, денег на ремонт не было. Летчики и инструкторы уходили в гражданскую авиацию или вообще из профессии. Несмотря на падение, клуб продолжал держаться. В 1999 и 2001 годах его признали лучшим среди более чем восьмидесяти авиационных организаций России. В 2002 году команда впервые поднялась на второе место на открытом чемпионате России, завоевав пять золотых медалей. В 2006 году команда Алтайского края из летчиков барнаульского клуба стала чемпионом страны.
Но каждый успех требовал титанической работы — поиска средств на топливо, поездки на соревнования, ремонт самолетов. К началу 2000-х большая часть машин требовала ремонта, вертолеты стояли на приколе. Появилась летная школа, и администрация решила, что клуб больше не нужен. У клуба отобрали материальную базу и перевезли ее в школу, но обучение так и не возобновилось.
Владимир Лаврик и несбывшиеся мечты о возрождении
В конце 1990-х судьба дала клубу шанс. Человек по имени Владимир Лаврик, возглавлявший одну из крупнейших угольных компаний России, влюбился в авиацию. Он пришел в клуб учиться летать, и Радостев его обучил. Лаврик позвал Радостева к себе на работу для строительства большого авиационного проекта. Они построили аэродром в Кузбассе и планировали провести чемпионат мира по высшему пилотажу на восстановленном аэродроме летного училища в Калманке. 22 самолета из Кузбасса и 26 из Барнаула были готовы к отправке в ремонт. Планировалось заказать пилотажные самолеты Су-26 и Су-29 в Америке. Лаврик хотел возродить целую систему — от первоначального обучения до спорта высших достижений и восстановления магистральных перелетов между городами Сибири.
Но 13 сентября 2006 года Владимир Лаврик погиб в авиакатастрофе — разбился на вертолете. Никто не продолжил его авиационное дело. Аэродром в Калманке остался брошенным, а самолеты раздали за бесценок. В память о Лаврике в Барнаульском авиаспортклубе один из самолетов Ан-2, используемый для прыжков, носит его имя. Радостев подчеркивает: людей, которые готовы по-настоящему вкладываться в авиацию, как Лаврик, почти не осталось. В советское время государство было таким «человеком».
Паршюты есть, летчиков нет
Сегодня клуб живет на субсидии правительства Алтайского края — единственный в России с такой поддержкой. Но средства покрывают лишь около 40% потребностей: сохранение аэродрома, охрану, электричество, минимальную зарплату. На ремонт техники денег по закону выделить нельзя. Остальное клуб ищет самостоятельно. В теплый сезон клуб держится на прыжках, которые оплачивают курсанты и любители. Летают в основном по выходным. Зимой клуб закрывается, так как нет лыж для самолетов и средств на подготовку.
Недавно клуб получил 35 новых парашютов от одного из сенаторов Алтайского края — это большое подспорье. Самолет Ан-2 приведен в рабочее состояние, в планах ремонт второго. Но одна из главных проблем — кадровый голод. Радостев не скрывает: нет смены. «Скамейка запасных короткая. А если правду говорить, совсем нет тех, кто придет на смену. Притока молодежи нет». Парашютный спорт требует инструкторов с более чем тысячей прыжков, а откуда их брать? В советское время люди делали по тысяче прыжков в год, сейчас максимум сотня в год. Новые парашюты есть, самолет летает, а людей, которые могут на нем летать и учить других, почти не осталось.
Сын, верный небу 30 лет
Отдельная гордость и боль Радостева — его сын Роман. Впервые он поднялся в воздух дошкольником в кабине Як-12 с отцом, в 14 лет летал самостоятельно. После окончания Запорожского авиационного училища летчиков ДОСААФ в 1992 году стал летчиком-инструктором первого класса, чемпионом страны в третьей лиге. 30 лет Роман отдал барнаульскому клубу, летал на всех показательных выступлениях, выполнял эффектный прыжок с высоты 100 метров, но главное — преподавал летное мастерство курсантам. Среди выпущенных им пилотов немало и сейчас защищает Родину, занимает серьезные летные должности. Роман Радостев скончался в апреле 2023 года. Смертельная болезнь была стремительной, хотя год назад медкомиссия признавала его годным к летной работе.
Аэродром под угрозой
Клубу приходится бороться и за саму возможность летать. Несколько лет длится конфликт с жителями коттеджного поселка «Палитра», расположенного рядом с аэродромом. Люди построили дома вблизи взлетной полосы, и им не понравилось соседство — шум от самолетов, выхлопные газы, страх за безопасность. Они опасаются, что если что-то произойдет с устаревшим Ан-2, последствия для жителей будут тяжелыми.
Проблема приаэродромной территории
Собственники жилья подали иск в Арбитражный суд Алтайского края, потребовав признать эксплуатацию аэродрома незаконной. Проблема в том, что у аэродрома до сих пор не утверждены границы приаэродромной территории и санитарно-защитной зоны. Приаэродромная территория должна быть разбита на семь подзон, включая шумовую, которая определяет, где можно строить жилье. Без официального оформления этих зон застройщики не обязаны спрашивать разрешение аэродрома. Поэтому люди начали строить дома вплотную к взлетной полосе, а теперь требуют запретить полеты.
Суд согласился с истцами. В октябре 2025 года он временно запретил клубу использовать аэродром и выполнять полеты. В декабре 2025 года клуб добился частичной отмены ограничений — суд разрешил эксплуатировать территорию, но запрет на полеты оставил в силе. На стороне клуба выступили Алтайская школа-интернат с первоначальной летной подготовкой имени Героя Советского Союза К.Г. Павлюкова, региональное управление ФСБ и Госкорпорация по организации воздушного движения. Пока все состоявшиеся суды на стороне аэроклуба, но вопрос еще остается открытым.
«Жду, когда все вернется»
На вопрос, почему не уходит, 78-летний Радостев отвечает просто: «Жду, когда все вернется». Он мечтает о возрождении первоначальной летной подготовки, о том, чтобы мальчишки приходили учиться летать по-настоящему, а небо над Барнаулом гудело от самолетов. На ближайший сезон есть конкретные планы: закончить работы с текущим Ан-2, решить вопрос ремонта второго самолета, найти еще одного летчика и усилить агитационную работу в школах и институтах. Радостев верит, что государство вспомнит: аэроклуб — это не просто кружок, а кузница летчиков, некогда защищавших небо страны. В свободные минуты он поет, в особенности под гитару. Среди кип бумаг и фотографий самолетов в его кабинете он продолжает верить, что без этой кузницы не будет ни резерва авиации, ни мирного неба.
Источник: Амител (amic.ru)
