За две недели барнаульские издания трижды написали об одной семье. Лели прожили тридцать лет в Германии и вернулись в Барнаул. Месяцем раньше те же издания писали об американском фермере из Солонешенского района: его жену и трёх дочерей чуть не выслали из России.
Переселенцев в крае считает управление по труду и занятости. За полгода в край приехали 338 человек, за прошлый год — 879, за шестнадцать лет — больше 21 тысячи. Мы посмотрели, кто едет на Алтай, сколько платят переселенцу и почему приехавшим из Германии проще попасть в программу.
Пять тысяч километров на машине: как Лели добрались до Барнаула
Наталья и Виктор Лель уехали из Барнаула в Германию в 1996 году вместе со старшим сыном. Виктор решился на отъезд после того, как Ельцина переизбрали на второй срок. Он считал, что страна развалится. Так рассказывает младший сын Антон.
Сначала семья жила в общежитии для переселенцев в деревне Кирхдорф в Баден-Вюртемберге. Семье дали одну комнату. Посуду выдали пронумерованную, при отъезде её сдавали по списку. Потом семья жила в Баварии, потом в городе Мемминген. Виктор устроился на завод грузчиком. В 2023 году он стал техническим директором.
Антон родился уже в Германии. Там он выучился и работал на производстве с поставщиками. Вернуться в Россию семья решила в 2024 году. В октябре 2025 года Антон с женой Патрицией выехал в Барнаул на машине. Патриция родом из Польши, она ждала ребёнка. Ехать было пять тысяч километров. Ребёнка хотели родить в России. Сын Михаил родился в Барнауле в начале июня 2026 года и получил российское гражданство.
Работу нашли заранее. Виктор написал знакомому, одному из руководителей барнаульского завода, и отправил резюме. На завод взяли всех троих мужчин семьи: отца и обоих сыновей. Завод называется АЗПИ, там выпускают форсунки и топливную аппаратуру. Немецкий опыт пригодился сразу.
Восемь человек в Барнауле, двадцать три по всей России
Уехали из-за детей. Так семья объясняет решение всем трём изданиям. Брат Антона несколько раз не отпускал ребёнка на школьные уроки о гендере и идентичности. После этого школа собралась обратиться в социальные службы. Антон называет и другие причины. В Германии стало больше приезжих. После февраля 2022 года немцы стали иначе относиться к русским подросткам.
В Барнауле Антону нравятся простые вещи. За грибами здесь ходят без разрешения. На рыбалку — без экзамена на удостоверение рыбака и без лимита в четыре крупные рыбы. Жену вечером в парк он отпускает спокойно. Скучает он по немецкой кухне и автобанам. Привычку не опаздывать Антон привёз с собой. Коллега на заводе назвала это дотошностью.
В Барнаул из Германии переехали восемь человек: Антон с женой, его родители, брат с семьёй. Всего же с 2022 года в Россию вернулись 23 человека из рода Лель, из разных поколений. Старший брат Виктора вернулся четыре года назад и выбрал не Барнаул, а село Турочак в Республике Алтай. Его дочери, экономист и архитектор, открыли там арт-кафе.
Гальбштадт: кафе-паб, «Грильхаус» и десятки семей из ФРГ
Больше всего возвращенцев не в Барнауле, а в Немецком национальном районе. Он лежит в Кулундинской степи, в трёхстах с лишним километрах и от Барнаула, и от Новосибирска. В апреле репортаж оттуда сделала «Комсомольская правда», в мае — НТВ. Обе редакции насчитали в районе десятки вернувшихся семей.
Шперлинги. Андрей и Евгения — потомки немцев, которых в войну сослали в казахские степи. В 90-е они уехали с родителями в Германию. Там познакомились, поженились, родили двух сыновей. В 2022 году продали дом и вернулись. Андрей объясняет решение так: правительство Германии отправило в Киев пять тысяч касок, и стало ясно, что Европа будет причастна к войне. Дорога от Рейнланд-Пфальца до Гальбштадта заняла полтора месяца. По пути родители показывали сыновьям Псково-Печерский монастырь, Москву, Нижний Новгород и Урал. За Уралом машину остановил инспектор ДПС. Он узнал, что семья едет домой на Алтай, отдал честь и передал по рации: «Это наши люди — они домой едут». Сейчас Шперлинги держат в Гальбштадте кафе-паб с немецкой и русской кухней. О новой жизни они говорят прямо. В Германии было легче и сытнее. Здесь «не живёшь, а выживаешь», работать приходится без выходных. И всё равно здесь они чувствуют себя свободнее. Андрей прожил в Германии 33 года. Там его звали русским, здесь он немец, а сам он знает, что он русский немец.
Вильмсы. Эрику Вильмсу 29 лет. Он родился в Германии в 1997 году в семье переселенцев. В 2004 году родители вернулись в Россию. В первый класс Эрик пошёл без русского языка. В Барнауле он выучился на технолога, а в 2018 году уехал обратно в Германию. Через год перевёз туда жену Ангелину. Она из русской семьи, немецких корней у неё нет. Эрик работал поваром, получал 2500 евро в месяц, снимал квартиру и откладывал деньги. Причину переезда он объясняет коротко: «Просто захотелось». Прежнюю жизнь Эрик называет беличьим колесом и золотой клеткой. Теперь супруги держат придорожное кафе «Грильхаус» у села Орлово, на трассе Яровое — Новосибирск. Фарш делают сами, булочки для бургеров пекут сами, соусы тоже свои. Ангелина говорит, что в Германии ей нравилось. Решение мужа она до сих пор не понимает.
Рольгайзер и Муратов. Евгений Рольгайзер уехал с родителями из Караганды в Штутгарт в 18 лет. Сейчас ему 44. Вернулся он осенью 2025 года. В Германии у него были дом и работа: он обтягивал кожей салоны автомобилей. У Евгения жена и четыре дочери. Для коренных немцев он так и остался русским. Немецкий район семья выбрала ради школы: немецкий там учат наравне с русским, детям проще. Ехали по программе переселения соотечественников и получили гражданство через три месяца. Андрей Муратов, ровесник Евгения, перебрался в Гальбштадт годом раньше. Оба хотят стать фермерами. В Германии земли мало, здесь можно взять участок.
Лебедевы и Лехнеры. НТВ показало ещё две семьи из того же района. Вера и Алексей Лебедевы уехали в Германию вслед за роднёй после распада СССР. На пенсию они решили выйти на родине. Лехнеры вернулись из Франкфурта-на-Майне с двумя подростками, Артуром и Алиной.
Гальбштадт не похож на обычное сибирское село. При въезде стоит стела с приветствием на двух языках. Улицы прямые, газоны подстрижены, вывески на учреждениях написаны по-русски и по-немецки. В магазине «Брюкке» продают колбасы местного мясокомбината. За ними специально сворачивают с трассы. Дороги в селе разбиты, весной по обочине трудно пройти. В районе живёт 14 778 человек. Сколько из них немцев, посчитать невозможно. Мешают смешанные браки и эмиграция, объясняет управляющая делами администрации Елена Вольф. В 90-е люди отсюда уезжали, теперь возвращаются. Едут из Германии и из Казахстана, семьями и с детьми.
Дом за 200 тысяч вместо завода Audi: Зелингеры под Солонешным
Ещё одно место, куда едут из Германии, — село Степное в Солонешенском районе. В сентябре 2021 года туда приехали Влад и Жанет Зелингер с дочерью Эмели. С собой у них было три чемодана. Влад родом из Караганды. Родители увезли его в Германию в 1991 году, когда ему было семь лет. Он выучился на механика и мастера по металлу и работал на автозаводе. Жанет — коренная немка, по профессии воспитатель и бухгалтер. Познакомились они в шестнадцать лет на христианском кружке.
Уезжали не от нужды. Перед отъездом супруги работали в одном офисе, Влад ездил в командировки по разным странам. Они хотели, по их словам, «уловить настоящую жизнь» и обеспечивать себя сами.
Дом у родника Зелингеры купили за 200 тысяч рублей у пожилой пары, которая переезжала к детям. Дом обшили сайдингом, поставили душевую кабину, мебель сделали сами. Влад вспомнил, что его дед был скорняком, и попробовал выделать шкуру. Сотовой связи в селе нет.
Труднее всего было не хозяйство, а бумаги. Документов на дом не было, земля была не оформлена, наследник умер. «Когда я сюда приехал, не знал, что такое МФЦ, не знал, что такое БТИ», — рассказывал Влад журналистам. Сейчас семья держит пчёл и огород и ведёт блог о жизни в алтайском селе.
Американец в том же районе: 12 лет на паспорт и штраф в две тысячи
Едут не только немцы. В том же Солонешенском районе живёт фермер Джастас Уолкер, известный как «весёлый молочник». Он родился в Канзасе. Родители привезли его в Красноярский край, там он и вырос. В 2000 году родители уехали обратно в США, а Джастас остался. Российский паспорт Уолкер получал двенадцать лет.
В августе Уолкера вызвали в миграционную службу. У его жены и трёх дочерей паспортов нет, только вид на жительство. С видом на жительство нужно каждый год сообщать властям, что живёшь в стране. Семья пропустила срок. Годом раньше за такой же пропуск ей выписали штраф в две тысячи рублей.
10 августа Уолкер съездил в Барнаул и выяснил, что выдворять никого не будут. У службы остались вопросы к русскому языку жены и дочерей: девочки учатся по американской программе. На документы нужно было около 280 тысяч рублей: поездки в Барнаул и Бийск, нотариус, пошлины. Жители края перевели ему больше 484 тысяч. После этого банки заблокировали карты, и фермеру пришлось объяснять, откуда деньги.
Два пути к паспорту. Рольгайзеры ехали по программе переселения и получили гражданство за три месяца. Уолкер приехал сам по себе. Гражданство он оформлял двенадцать лет, а у его жены и дочерей паспортов нет до сих пор.
Русские возвращаются, но чаще из Казахстана, чем из Европы
Лели, Шперлинги, Вильмсы, Зелингеры — этнические немцы. Но программа переселения не только для них.
86 % участников программы в крае — граждане Казахстана. За шестнадцать лет оттуда приехали 82,1 % всех переселенцев. Национальность участников никто не считает. Едут в основном русскоязычные семьи из бывших союзных республик. Из них и складываются 338 человек за полгода. Ещё едут из Германии, Киргизии и Узбекистана, но сколько из каждой страны, отчёт не говорит. Семей из Германии так мало, что каждая попадает в новости поимённо.
Русские есть и в европейских историях. Ангелина Вильмс, жена хозяина «Грильхауса», из русской семьи, немецких корней у неё нет. Она поехала за мужем. Патриция Лель — полька. Она приехала в Барнаул беременной, чтобы сын родился в России.
Отдельная история — те, кто уехал сам и вернулся через год-другой. Барнаульцы Антон и Ольга Семиделовы осенью 2022 года улетели в Черногорию с двумя дочерьми: Александре было четырнадцать, Софии пять. У семьи небольшой бизнес на удалёнке, поэтому уезжали они не насовсем. Хотели пожить как местные. В Будве сняли квартиру за 500 евро. Младшую дочь отдали в садик, старшую — в государственную школу. Ради школы Антон оформил вид на жительство.
Через восемь месяцев Семиделовы вернулись. Причин три. Без языка было тяжело объясняться в больницах и банках. Не хватало русской речи и, как говорит Антон, «элементарного русского разгильдяйства». В Барнауле остались пожилые родители, им нужна была помощь. Дочери уезжать из Черногории не хотели и потом уговаривали родителей вернуться туда.
По подсчётам РАНХиГС, из россиян, уехавших в 2022–2023 годах, домой вернулись около 10 %.
Едут на Алтай и те, у кого здесь нет корней. Семья Хэйр из портового городка Албани в Западной Австралии переехала в Россию в 2019 году. Это четверо взрослых, все фермеры. Начинали они с языковых курсов в Новосибирске: курсы давали право на студенческую визу. Через четыре года Хэйры получили вид на жительство и обзавелись домом в предгорьях Алтая. В гости они ездят к Джастасу Уолкеру.
Статистика: 338 переселенцев за полгода, 86 процентов — из Казахстана
За первое полугодие 2026 года по программе в край приехали 338 человек: 142 участника и 196 членов их семей. Это данные краевого управления по труду и занятости. До конца года там ждут ещё не меньше 500 человек. Работают или ведут своё дело 65,6 % трудоспособных участников, ещё 4,7 % учатся в вузах и колледжах.
86 % приехавших — граждане Казахстана. Кроме Казахстана в отчёте названы Германия, Киргизия и Узбекистан. Сколько человек приехало из каждой страны, в отчёте не написано. Поэтому точное число переселенцев из Европы неизвестно. Ясно только, что оно небольшое. По всей России с начала 2026 года по госпрограмме вернулись почти четыре тысячи человек.
За весь 2025 год край принял 879 человек: 371 участника и 508 членов их семей. Это третье место в Сибири после Новосибирской и Омской областей. Больше 80 % приехавших остаются в городах. 37 % из них — дети, у трети высшее образование. Программа работает в крае с 2010 года. За шестнадцать лет через неё прошли больше 21 тысячи человек, 82,1 % из них — граждане Казахстана.
За то же полугодие 2026 года в край въехали 290 тысяч иностранцев, по подсчётам ГУ МВД по краю. Это почти на 28 % больше, чем годом раньше. Больше 60 % из них сказали, что едут работать. Переселенцев по программе на этом фоне доли процента: 338 человек против 290 тысяч. Но это разные счётчики. МВД считает всех, кто пересёк границу, в том числе сезонных рабочих. Жить в крае остаются немногие. По прогнозу Алтайкрайстата, уезжать из края и дальше будут на 6 тысяч человек в год больше, чем приезжать.
Что получает переселенец: подъёмные, 15 тысяч на аренду, НДФЛ 13 процентов
Государство даёт участнику программы и его семье четыре вещи: упрощённое гражданство, оплату переезда и провоза вещей, возврат госпошлин и подъёмные. Подъёмные — по два прожиточных минимума на человека.
Край добавляет свои выплаты:
- за съёмное жильё вернут до 15 тысяч рублей в месяц в течение полугода, а учителям и врачам в бюджетных учреждениях — до 20 тысяч в месяц и целый год;
- оплатят обязательный медосмотр, без которого не дают гражданство;
- оплатят экзамен по русскому языку, истории и законам;
- оплатят подтверждение иностранного диплома;
- многодетным дадут 7,5 тысячи рублей на первоклассника и по 5 тысяч в год на школьника со 2 по 11 класс;
- пособие на ребёнка до полутора лет — 5 тысяч рублей в месяц;
- студентам — повышенная стипендия и часть платы за учёбу. В марте управление называло сумму до 30 тысяч рублей, в сентябре — 50 тысяч.
Ещё несколько льгот касаются работы. Участнику программы не нужны ни патент, ни разрешение на работу. Работодателю не нужно разрешение нанимать иностранцев. Подоходный налог участник платит по ставке 13 % с первого рабочего дня.
Кого берут в программу и почему приехавшим из Германии проще
Участником может стать женщина от 18 до 60 лет и мужчина от 18 до 65. Нужна профессия, подтверждённая дипломом или записью в трудовой книжке. К моменту подачи заявления нужно хотя бы два месяца работать в крае, вести здесь своё дело или заниматься сельским хозяйством. Другой вариант — учиться в местном вузе или колледже.
От приехавших из «недружественных» стран профессию и стаж не требуют. То же самое действует для беженцев и получивших временное убежище. Германия в этот список входит.
Второй путь в Россию — указ президента № 702 от 19 августа 2024 года. Он касается иностранцев, которые разделяют традиционные российские ценности. Им упрощают въезд и дают разрешение на временное проживание без квоты. Экзамен по русскому языку, истории и законам сдавать не нужно. К 27 июля 2026 года по этому указу выдали 1843 визы, сообщила официальный представитель МИД Мария Захарова. Больше всего обращений пришло из Германии, Франции, Италии, США и Эстонии.
Как немцы оказались на Алтае: Столыпин, ссылка 1941 года и отъезд 90-х
Немцы приехали на Алтай при Столыпине, когда переселенцам за Урал давали землю. Ехали поволжские меннониты. У них землю делили между всеми наследниками поровну, и с каждым поколением наделы уменьшались. В 1912 году в селе Орлово они поставили Столыпину памятник с двуглавым орлом. После революции памятник снесли. В 2005 году потомки переселенцев его восстановили.
В 1927 году советская власть создала из немецких сёл Немецкий национальный район с центром в Гальбштадте. В 1938 году район расформировали, а село переименовали в Некрасово.
28 августа 1941 года вышел указ «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья». Алтайский край стал местом ссылки. К 5 октября 1941 года сюда привезли 95 тысяч человек и расселили по 44 районам. Жилья на всех не было. Людей селили в брошенные дома, сараи и скотные дворы перед сибирской зимой. Потом мужчин и женщин забрали в лагеря трудармии. Дед Антона Леля работал в шахте. На Алтай он вернулся, когда трудармию распустили. Пётр Дикман из Некрасова рассказал свою историю «Комсомольской правде». Он родился в ссылке в Васюганье. В 1941 году, когда Петру было полгода, его отца репрессировали. В двенадцать лет Пётр остался сиротой. В 1955 году, после реабилитации, он вернулся в Некрасово вместе с тётей.
Немецкий район восстановили в 1991 году. Тогда же начался массовый отъезд в Германию. Его размах виден по переписям. В 2010 году в крае жил 50 701 немец, в 2020 году — 25 361. За десять лет число уменьшилось вдвое. Десятки вернувшихся семей эту цифру не изменят. Но жизнь отдельных сёл они меняют. В Гальбштадте с ними связывают надежды на туризм. Придорожные кафе на трассе держат бывшие повара из Германии.
Куда обращаться: адреса, телефоны, сроки
Программой в крае занимается управление по труду и занятости: Барнаул, проспект Строителей, 29а, телефон (3852) 20-55-11. Документы принимает отделение по работе с соотечественниками управления по вопросам миграции ГУ МВД по краю: Барнаул, 1-я Западная, 47.
Тем, кто пока за границей, нужно сделать шесть шагов. Прочитать условия программы. Выбрать регион. Записаться на тест по русскому языку в представительстве МВД или в консульстве. Граждан Казахстана, Белоруссии и Молдовы от теста освобождают. Подать заявление лично, со всеми документами. Ответ приходит не позже чем через 35 суток. После получения свидетельства за 3–5 дней сообщить о дате выезда. По приезде за три рабочих дня встать на учёт в местном управлении по вопросам миграции.
По материалам: Амител, ГТРК «Алтай», Толк, Комсомольская правда, НТВ, АиФ-Алтай, МК на Алтае, Банкфакс, НГС22, Ведомости, РИА Новости, Управление по труду и занятости, Указ № 702, Весь Алтай, Перепись населения
